(no subject)

[yulkar]

Сегодня один мой пациент рассказывал мне, как он гулял по Хайфе. Он был в трех каньенах! "И ради этого ты тащился из Беэр-Шевы? Что же ты там делал?"- спрашиваю. "Смотрел на витрины."
Это почти единственное доступное для него развлечение. У него парализована одна нога и одна рука, пол лица и голосовые связки. Говорит он отдельные слова сдавленным шепотом, а в здоровой руке он держит на готове салфетку - вытирать непроизвольные капли слюны. Если ветер случайно сорвет его глубокую кепку, взору откроется страшная вмятина почти с полголовы. Жуткое зрелище. По-страшнее, чем улыбчивые неуклюжие дауны.
Ему 34 года. Год назад он перенес операцию по удалению опухоли мозга. У него двое маленьких детей и очаровательная жена. В хайфу он приехал к своей сестре, с ней же и гулял по каньенам.
И я вдруг подумала: а если его встретит такая вот гуманистка, вроде той, которая несколько дней назад всколыхнула весь ЖЖ? И у меня сжалось сердце, когда я представила, каким взглядом она его проводит.
А дауны? Что дауны! Ко мне два дня назад приходила одна очаровательная двухлетняя любимица всей семьи. Чудо маленькое, добродушное и улыбчивое.

Comments

[yulkar]

Я ей пыталась объяснить с полгода назад, и уже знаю, что это непробиваемая стена. Или провокатор, что вернее. Просто, пыталась делать вид, что меня это не задело, и чувствую, что сама себе вру. Вот слушала вчера его рассказ, а внутри содрагалась.
И, между прочим, я знаю одну гуманистку, которая в подобной ситуации сказала: зачем таких оставляют жить - только мучаются. (Это к нам на проверку слуха пришел такой папа, тяжелый раковый больной, с белокурой голубоглазой 3-х летней дочкой.) Я даже обалдела. Я ее спросила, ну и кто примет такое решение? Жена? Скажет дочке: "Ты знаешь, мы решили, что папочку надо убить."